Baltmann (severorus) wrote,
Baltmann
severorus

Category:

Приключения голубя Аарона



В одном из тысяч маленьких городков Германии солнечным утром воскресного дня в голубятне в аккуратном и весьма ухоженном гнезде скорлупа маленького белого и яйца треснула и спустя мгновения из небольшой дырочки появился клюв птенца. Так у голубя Ави и голубки Шошана появился на свет Аарон.

Аарон быстро рос и быстро учился. Голубятня стояла во дворе старого профессора Лейкаха. Он очень долго преподавал в университете и по увольнению на пенсию поселился в этом чудном городе. Он был вдовцом, а его дети повзрослели и жили своей жизнью в больших городах полных забот и проблем. Поэтому его дети очень редко навещали профессора и он находил радость общения в ухаживании за голубями, которых очень любил. Голуби весьма почтительно относились к профессору, всегда его слушались и старались не разочаровать старика, когда он забыв о старости и забыв о своём положении уважаемого жителя города в минуты счатья свистел и махал голубям парящим в небе над его домом. Это были настоящие представления, на которые сбегались все дети округи. Стремясь занять первые ряды они устраивались на заборе и задрав головы вверх открыв рот наблюдали за трюками, что делали голуби на радость старику и детям.



Аарон вырос, стал статен и благороден, а белоснежные перья сверкали на солнце. Его осанка вызывала уважение даже у человека совершенно ничего не знающего о голубях, так красив он был. Голуби профессора были известны на всю округу и многие приезжали что бы посмотреть на них. Что вызывало варчливое недовольство местного бургомистра, а по совместительству и местного гауляйтера СА, Ботта. Когда в городок приезжали гости и важные персоны, а случалось это крайне редко, они спешили увидеть известных голубей профессора Лейкаха, про которых они так много слышали Старик же был всегда рад такому вниманию. Его гостеприимство и интересные беседы не могло не заставить гостя задержаться до вечера, часто так и случалось. Бургомистра Ботта это всё весьма раздражало. Он нервно ходил взад вперёд по двору в ожидании, когда он сможет привлечь внимание гостей, что бы рассказать, как он преуспел в своих обязанностях и было бы не плохо посоветовать его на какой-нибудь хороший пост в каком-нибудь министерстве. Обычно же гости спохватывались, что прошло так много времени и уже поздно, им пора уезжать. А Ботт так и не успевал рассказать о своих мечтах попасть в столицу, Берлин.

Ботт всё больше раздражался, что каждый раз из-за профессора и его голубей он упускает шанс на повышение. Однажды ночью он приехал на грузовике со своими подручными, штурмовиками СА, к дому профессора. Старая толстая дубовая дверь долго не поддавалась под ударами ног незванных гостей. Всё таки её сломали и штурмовики и Ботт вошли в дом, где их в холле ждал испуганные профессор проснувшийся от шума и спустившийся посмотреть, что происходит на пороге его дома. Ботт приказал своим людям помочь профессору собрать вещи в маленький чемоданчик. После этого штурмовики посадили профессора в кузов грузовика, сами туда запрыгнули и стукнув по крыше машины со словами "Поехали!", грузовик медленно тронулся с мета и скрылся за ближайшим поворотом. После этого случая никто ничего не слышал о судьбе несчастного профессора Лейкаха.

Пока происходило это печальное действие, Ботт вальяжно ходил около голубятни. На следующий день всех голубей из голубятни профессора перевезли в новую недавно построенную, новую и пахнущую лаком голубятню во дворе Ботта.
Ботт ничего не знал о том, как ухаживать за голубями. Он держал их только для того, что бы хвастаться перед гостями и друзьями. Он никогда не выпускал их летать. Боялся, что они вернуться в свою старую голубятню, во дворе дома профессора, либо улетят совсем, тогда поймать их будет очень трудно или совершенно невозможно.

Шло время. Много времени. Не имея должного ухода, заботы и возможности свободно летать в небе голуби весьма приуныли и поблекли. В том числе и наш Аарон. Его белые перья стали какие-то серые, блеклые. Его гордая осанка обмякла. Голуби просто тихо сидели на своих жёрдочках и ничто не могло вернуть им радость жизни.

По всей Европе гремела война. Ботт не смотря на свои попытки и заискивания перед начальством так и не получил повышения, поэтому до голубей ему не было особого дела. Кормил кое как и совершенно не ухаживал. В Германии начались проблемы с едой, из-за продолжавшейся войны, которую теперь выдавали по карточкам. Так что голубям доставались буквально крохи. Вид их был жалок и совершенно ничто ненапоминало о их благородстве.

Голуби стали даже опасаться за свою жизнь. Не собирается ли прожорливый Ботт со своим семейством зажарить их и съесть. Однако, в одну ночь, когда грохот орудий был уже слышен и днём и ночью, Ботт спешно собрал свои вещи и посадив семью в машину спешно уехал, бросив голубей на произвол судьбы запертыми в голубятне.

Прошло два дня, голуби ослабли и потеряли всякую надежду на свобождение. Вдруг во дворе дома Ботта, где стояла голубятня, раздался страшный грохот, как в грозу, но гораздо сильнее, в разные стороны полетела земля, щепки деревьев и остатки голубятни. Обретение свободы слишком дорого стоило стае Аарона. Многие погибли, многие были ранены и не могли лететь, медленно умирая лежа на земле. Только Аарон и его отец, уже старый и ослабший Ави, могли лететь домой. В свою родную голубятню, что стоит во дворе профессора Лейкаха. Взлетев на крушу дома они с тоской и скорбью последний раз взглянули на место, где раньше стояла голубятня Ботта. Простились со всеми погибшими голубями и полетели домой.

Когда Ааран и Ави прилетели к дому профессора Лейкаха, силы совсем покинули Ави и он не преземлился, а просто упал камнем на землю, не имея сил даже подняться на ноги. Сказалось скудное питание и самое главное крылья ослабли без возможности летать, как раньше. Слишком долго они сидели в заперти у Ботта.

В доме жили другие люди. Голубятня стала домом для граблей, лопат и прочей садовой утвари. А от профессора Лейбаха не осталось и следа. Даже забор теперь был другого цвета, не персиковый, а зелёный. Всё здесь говорило, что теперь никогда не будет как раньше. Теперь у них нет дома.
- Аарон, - обратился тяжело вздыхая Ави к своему сыну, - я думаю пришло время тебе вернуться домой...
- Но вот же он! У меня нет другого! - перебил отца Аарон.
- Не в этот. - спокойно ответил Ави. - И здесь мы жили временно. Пришло время вернуться в то единственное место, что мы по праву можем назвать нашим домом. Откуда родом наша стая. Откуда пошла наша статная голубиная порода. Мы предки тех голубей, что в давние времна вили гнёзда под крышой Храма Соломона и в расщелинах Храмовой горы. Именно там наш настоящий дом.
Переведя дух Ави продолжил:
- Я хочу, Аарон, что бы ты вернулся туда откуда всё начиналось. Хотя бы ты вернёшь ту частичку нашей Родины, что есть в тебе на ту землю, что стала для нас колыбелью и сделала нас такими, какие мы есть.
- А как же ты, отец? - спросил Аарон, - Ты не полетишь? Но я не знаю дороги. Как я без тебя и твоих мудрых советов смогу проделать путь в неизвестных мне землях?
- Не переживай, мой Аарон. - успокаивал его Ави. - Ты летишь домой, а это значит сердце тебе подскажет правильный путь к Храмовой горе. Ты не ошибёшься. А я слишком стар и слаб, что бы проделать столь дальний путь. Не переживай за меня.
Последнюю ночь Аарон и Ави спали вместе, усевшись рядышком бок о бок на чердаке дома профессора Лейкаха. Утром, сердечно простившись и не скрывая своей печали оба и отец и сын встречали восходящее солнце. Пришло время отправляться в путь. Без лишних слов Аарон взмахнул крыльями и делая круги над домом и двором профессора всё выше и выше поднимался в небо. Так высоко, что с земли его совсем не стало видно.

Когда Аарон делал круги и поднимался в небо он ещё не знал в какую сторону ему лететь. Поднявшись очень высоко, так высоко, что дома стали совсем крошечными, а люди суетливыми точками, снующими туда сюда по улицам и занятые своими ежедневыными заботами. Увлёкшись своими мыслями и наслаждаясь свободным полётом Аарон не заметил как перестав делать круги летит уже прямо в неизведанные земли.

Аарон решил лететь всё время прямо в этом направлении. Путь занял несколько дней. Пролетая над лесами, горами и долинами Аарон наслаждался свободой и тем как его крылья с каждым днём становятся всё сильнее и он может лететь бестрее и дальше.

Неожиданно на пути Аарона появилось море, такое большое, что даже поднявшись ну очень высоко Аарон не смог разглядеть где оно заканчивается и начинается противоположный берег. Аарон был в замешательстве, не зная литеть ли ему дальше. Как и говорил его отец, Ави, сердце так и зовёт его вперёд, через это бескрайнее море. С такими весьма смешанными чувствами, что же ему нужно делать дальше, Аарон прилетел в большой портовый город. Где у причалов стояли десятки больших и не очень кораблей. В порту кипела работа. Выгружались и загружались грузы, бегали рабочие и матросы, а капитаны стояли важно на мостиках и громким криком подгоняли нерадивых и очень ленивых, по мнению капитанов, матросов.

Аарон с интересом наблюдал за такой энергичной кипучей деятельностью в порту, но его отвлёк шум внизу. Шорох в куче мусора и весьма недвусмысленные звуки, когда кто-то быстро что-то есть. Между баков с мусором появилась одноглазая крыса, которая хриплым голосом крикнула в торону шуршащей и чавкающей кучи:
- Эй, салаги! Корабль нас точно ждать не будет. Мы не пасажиры первого класса, это точно.
Из кучи показались две жующие крысиные мордочки, затем появились лапы, сами крысы и потом хвост, которые казалось не появяться до конца никогда, такие они были длинный. Одна из них пыталась что-то сказать старой портовой крысе, но с нобитым ртом у неё получилось только "Мумубо...муну...", на что одноглазая крыса опять только засмеялась:
- Давайте пошевеливайтесь, разгельядии. Управы на вас нет. Жрёте все не попадя.
- Простите, можно спросить? - перебил Аарон крыс. Крысы замерли от неожиданности и подняли головы вверх, что бы увидеть кто их спрашивает. Когда они увидели, что это всего лишь голубь, они расслабились и стали снова увлечённо жевать и громко чавкать.
- Спрашивай. Чего тянешь? Не видишь мы торопимся, у нас корабль отчалит вот-вот. - единственный глаз старой крысы внимательно и проницательно смотрел на Аарона, его слова хоть и были сказаны весьма в грубой форме, но в них не было жестокости, что выдавало в крысе скорее вожака, привыкшего командовать, чем неотёсаного хама.
- Как далеко другой берег у этого моря? - спросил Аарон прямо, поскольку видел, что крысы весьма часто и нетерпеливо поглядывали на канаты ближайшего корабля, вокруг которых уже начали сновать матросы.
- Плыть неделю, точно. - быстро ответила одноглазая крыса. И видя, что Аарон сник на глазах, быстро добавил - Но ты же летаешь, правильно. Значит управишься гораздо быстрее. Думаю сутки полёта ты осилишь, молодой ещё и сильный. Прощай и удачи! - с этими совами одноглазая крыса, а за ней и две другие, развернулась и побежала к кораблю и канатам, их заветному пропуску в новое путешествие.

Как следует отоспавшись, подкрепившись на рассвете на ближайшем поле семенами и напившись у ручья, Аарон был готов к продолжению своего путешествия. Как и говорила портовая крыса, путь до следующего берега занял у Аарона около суток и отнял очень много сил. Слишком много. Долетев до берега Аарон сел на пальму и не имея сил лететь дальше уснул от усталости.

Когда Аарон проснулся был вечер и зной сдувал морской ветерок, приносящий прохладу на расскалёную от солнца землю. Отведав фиников и найдя их весьма вкусными, Аарон полетел вдоль побережья до ближайшего поселения, что было видно с пальмы где он сидел.

Он услышал знакомую речь! Так говорил профессор Лейках, когда к нему приходили друзья и знакомые. Идиш был ему знаком и люди, живущие в этом посёлоке, говрили на нём. Неужели он нашёл то место, что его отец назвал единственным местом, что мы можем считать своим домом. Он исполнил наказ отца, вернуться на родину. Одно доле сделано. Теперь надо было осваиваться на новом месте. Его окружают незнакомые люди, растения и животные, это небо и земля ещё неизвестны ему.
Аарона стал смотреть по сторонам пытаясь определить что же ему теперь делать. Вот тогда-то он и заметил несколько голубей сидящих под крышей одного из домов. Особенно привлекла его внимания молодая голубка белого и песочного цвета, уж очень она была красивая.

Голуби, за которыми наблюдал Аарон, взлетели и кружа над посёлком стали улетать всё дальше в сторону ближайших холмов в дали от побережья. Аарон последовал за ними. От стаи отделилась голубка, что так приглянулась Аарону и полетела к ближайшему дереву. Весьма изящно взмахивая крыльями она села на ветку. Аарон совершенно не имея представления о том, как на чать разговор с незнакомкой сел на ветку рядом.

- Зачем ты меня приследуешь? - спросила голубка Аарона. - Я давно заметила, что ты с меня глаз не сводил.
- И вовсе не преследую. Я прилетел сюда совсем недавно и ничего здесь не знаю. У меня никого нет и помочь мне здесь освоиться некому. Моя стая погибла и отец сказал, что моё сердце приведёт меня домой. И сердце привело меня сюди, - ответил Аарон.
- Хорошо, - улыбнулась голубка. - В кибуце поселенцы построили нам большую голубятню, так что и тебе там место найдётся. - Полетели! - и не дожидаясь ответа Аарона голубка полетела к холмам.
- Подожди! Как тебя зовут? - спросил но Бейлу, когда они летели рядом.
- Бейла. Меня зовут, Бейла. А как тебя?
- Аарон.
- Очень приятно познакомиться, Аарон, - снова улыбнулась Бейла.
- И мне, тоже очень приятно, - улыбнувшись сказал ей в ответ Аарон.
Голубятня была действительно большой и в ней было очень много места. Только построенна она была не так, как привык Аарон. Если у профессора Лейкаха и гаулятера Ботта он жил в клетке. То здесь не было никаких сеток и дверей с замками. Голуби жили в отдельных ячейках с гнёздами и всегда, когда хотели, могли взмыть в небо и летать в своё удовольствие.
Голуби в кибуце доброжелательно отнеслись к появлению Аарона. Он часто летал вместе с Бейлой на побережье и они очень много времени проводили друг с другом. Небо было открыто для них и они были счатливы.

На этом может быть и стоило закончить наш рассказ о приключениях голубя Аарона, но это ещё не конец его истории. Поселенцы упорно и ежедневно трудились над осушением болот, что очень не нравилось змеям, которые там жили. Поскольку это было вмешательством на их территорию и никто не смел так бесцеремонно вторгаться в их владения.

Однажды змеи незаметно залезли в голубятню кибуца, задушили голубя и съели яйцо. Это вызвало большой переполох и панику у голубей. Их идилия была нарушена и всё теперь представлялось не так безмятежно и жизнерадостно.
- Не надо бояться! - сказал Аарону голубям, - Это наша земля. У нас нет другой земли и дома. Здесь мы обрели свободу и нас не ограничивают клетками. Нужно быть осмотретильнее и не допускать впредь такие выходки змей.
- Как?
- Что мы можем сделать? - наперебой стали спрашивать Аарона напуганные голуби.
- Мы будем сами охранять свою голубятню. Один из нас будет смотреть за окрестностями, что бы другие голуби спали спокойно. - ответил Аарона. На том и порешили.

В то самое время, когда в голубятне было решено принять меры для своей защиты, в долине, что лежала перед холом, на котором стол кибуц, по дороге поднимая облака пыли ехал автомобиль. Он въехал в деревню и остановился у самого обычного и ничем не примечательного дома. Из неё вышел человек в красивых лакированных ботинках и дорогом костюме. Следом из машины на землю спрыгнул английский бульдог. Бульдог всем своим видом давал понять, что его хозяин высого ранга и поэтому весьма довольный собой с гордо поднятой головой засеменил следом за своих хозяином.

Бульдога звали Милфорд и он был любимцем английского офицера, которому и принадлежал этот автомобиль. Правда его хозяин был без формы, но ему не нужно было представляться. Все и так знали, кто он и не чинили никаких припятсвий.
Офицер подошёл к красивой резной восточным узором двери, постучал в дверь и не дожидаясь ответа вошёл в дом. Бульдога в дом никто не звал. Он и сам не очень то стремился внутрь. Не теряя времени он пошёл за угол дома, где на пустыре были только песок, высохшая трава и длинная низкая груда камней, которая играла роль некоего подобия забора, скорее символически, чем действительно выполняла функцию защиты от непрошенных гостей.

- Али! Вылезай, я знаю ты здесь. - сказал бульдог обращаясь к каменной ограде. - Али! Не заставляй меня ждать. - ещё громче сказал Милфорд.
Спустя мгновние между камней началось движение, плавное и скользящее. Над камнями появилась небольшая и сверкающая на солнце голова змеи.
- Что ты от меня хочешь? Не видишь я сплю, - сказала змея.
- Не груби лентяй. А лучше слушай. - Милфрд сел на задние лапы. - Моему хозяину не нравится, что поселенцев становится всё больше и они не уходят с этой выжженом солнцем земли. Ты слышал, что в голубятню прилетел белый голубь из Европы?
- Ну и что? - с безразличием сказал Али. Он грелся в лучах солнца. Это беседа была явно для него в тягость. Какие дела могут быть в такой час? Самое время сна и отдыха.
- Ты глупый, Али. Этот голубь прибавил уверенности и дал надежду поселенцам, они так и говорят: "Смотрите, даже голуби возвращаются на родину" и принимаются с ущё большим усердием обрабатывать землю и осушать ваши болота. Теперь ты понимаешь? Если поселенцы здесь останутся, твоим болотам конец и вашему брату придёться покинуть эти земли.
После этих слов Али зашипел и всем телом напрягся:
- Мы не допустим этого! - и расслаюившись спустя мгноние спросил Милфорда -Что ты предлагаешь?
- Мой хозяин хочет прогнать поселенцев из их кибуца, как они называют свою деревню, и для этого он сюда приехал. Я же хочу помочь ему в этом деле и спасти ваши болота, Али. Через три дня, в пятницу ночью, ты соберёшь змей и нападёшь на голубятню, что бы убить всех голубей. Поскольку они могут поднять шум, тем самым разбудить поселенцев и помешать моему хозяину в деле на благо Его Величества.
- Хорошо, - ответил Али. - Я сделаю как ты сказал и будем надеяться твой хозяин сделает всё возможное, что бы поселенцы ушли.

Прошло три дня и наступила ночь пятницы. Поселенцы давно спали, уставшие от тяжёлого труда. А рядом с голубятней, на ближайшем дереве, сидел Аарон. Как было решено на собрании, голуби каждую ночь выставляли кого-нибудь для охраны голубятни от непрошенных гостей. Ночь была тёмная и Аарону приходилось весьма внимательно следить нет ли какого движения между камней.

В темноте сверкнула бусинка. Этот отблеск привлёк внимание Аарона. Затем он увидел такой же отблеск в другом месте и ещё. Так сверкали глаза змей с лунном свете. Аарона стремительно сорвался с дерева и громко хлопая крыльями и криком:
- Змеи! Просыпайтесь, к нам ползут змеи! - устремился к голубятне, где уже начался переполох.
Голуби вылетали из своих ячеек-гнёзд и громко хлопая крыльями, пикируя на змей, бья их крыльями, клювами и когдяти вступили в бой со змеями. Голуби защищали самое дорогое, своих птенцов и были готовы жертвовать собой, лишь бы уберечь их.

Поднялся невероятный шум, который разбудил нерадивых постовых кибуца прильнувших головами к винтовкам и самим не заметившим, как медленное течение их мыслей о заботах и мечтах превратилось в сон. Не зная в чём причина всей этой заварухи в голубятне и что бы рассмотреть, что же там происходит, поселенцы запустили в воздух ракетницу. Которая яркой звездой взмыла в воздух и стала медленно снижаться освещаюя всю округу бледным светом, с трудом разгоняя окружающую кибуц темноту.

И только сейчас постовые кибуца увидели, что к ним по склону поднимаются прижимающиеся и прячущиеся между камней тёмные фигуры, как много их было. Подняли тревогу и все поселенцы взяв своё оружие побежали к своим постам, что бы защитить кибуц со всех сторон. Бандитов было очень много. Они практически окружили кибуц и стреляя посепенно приближались к поселению. Всё ближе и ближе.

Ракетницы не переставая поднимались в воздух, одна за одной, а порой и сразу несколько. Поселенцы отстреливались прячась в укреплениях из мешков с песком и взять кибуц теперь было очень трудно. Бандиты же были на склоне, на открытом месте, где им не было места, где бы спрятаться. Они расчитывали на внезапность. Их план провалился. Теперь весь кибуц был поднят по тревоге и сражался. Не выдержав такого отпора поселенцев бандиты оставляя убитых и утаскивая раненых стали отходить в темноту. Пока их совсем не стало видно.

Между тем испугавшись ярких вспышек от ракетниц, шума, пальбы и самопожертвенной защиты своей голубятни голуби смогли прогнать змей. Бой был жестокий. Погибло несколько голубей, задушенных змеями. Аарон повредил себе крыло и теперь не мог летать, он бегал по склону волоча его за собой по земле. Но Аарон не сдавался и продолжал высоко прыгать взмахивая одним крылом пикируя на змей прогоняя их.

Когда же поселенцы наконец поняли, что атака бандитов отбита, что им теперь ничего не угрожает они побежали к голубятне. Посмотреть что же там случилось. В утренних лучах солнца им открылась ужасная картина. Около голубятни лежали тела около десятка разорванных змей и задушенные голубы. Остальные голуби были весьма потрёпанны и взволнованны.
Поселенцы взяли Аарона, что принёс радость своим возвращением на родину, на руки и бережно отнесли его в кибуц. Где Аарону вылечили крыло и окружили заботой и лаской.

Уже через пару недель Аарон снова летал со своей стаей над кибуцем. Радуя глаз поселенцев и давая надежду на лучшее будещее. Жизнь продолжалась. Поселенцы ежедневно упорно трудились на своей земле, готовые в любую минут сменить в мазолистых руках матыгу на винтовку, для защиты родных и своего дома. Болота были осушены и на их месте раскинулись плодородные поля. Земля щедро вазнаграждала поселенцев за их нелёгкий труд.

Через год после той страшной ночи у Аарона и Бейлы в их гнезде появился два маленьких птенца. Аарон был счастлив. Он не только вернулся домой, свой единственный настоящий дом, как хотел того отец. Он смог сделать больше. С появлением птенцов Аарон передал этой земле и своей стае ту частичку наследия от голубей, что жили под крышей Храма Соломона и в расщелинах Храмовой горы. Спустя века скитаний не прерывая своей истории, Аарон и его стая, начинали всё сызнова. Теперь их будущее зависело только от них самих.

Кузнецов А.С. 05.04.2012

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment